И снова «10-10-10»: поможет ли налоговая реформа вернуть украинцев домой

И снова «10-10-10»: поможет ли налоговая реформа вернуть украинцев домой

На днях, обосновывая необходимость налоговой реформы «10-10-10», президент Украины Владимир Зеленский отметил, что без финансовых новаций, в том числе и налоговых, украинцы попросту не вернутся домой из Европы.

Но так ли уж много плюсов в налоговой модели «10-10-10», да и вообще, насколько налоговые изменения могут быть определяющими при принятии решения вернуться в Украину? Эти вопросы KP.UA обсудила с экономистами.

Далеко идущие планы

У президента не оставляют идеи внедрить в Украине реформу «10-10-10», которая предполагает снизить до 10% налог на прибыль (сегодня базовая ставка 18%), НДФЛ (18%) и НДС (сейчас 20%).

Понятно, что даром такой «подарок» украинцам никто не преподнесет. Вместе с глобальным снижением налогов власти планируют отменить все налоговые льготы и параллельно ужесточить ответственность за нарушение налогового законодательства. Кроме того, не исключено, что в перспективе налоговики получат доступ к информации о банковских счетах украинцев. 

Радикальную налоговую реформу обещают реализовать по окончании войны. Президент Украины Владимир Зеленский пояснил, что такие изменения сделают Украину привлекательной для возвращения беженцев.

— По-другому невозможно вернуть человека, который, например, в Польше зарабатывает 1000 евро, а у нас 500−600, — цитируют президента СМИ. — Ты не вернешь этого человека. Поэтому будут важны финансовые новации, включая налоговые.

Сколько экспертов – столько мнений

Мнения экспертов по поводу «10-10-10» разделились.

Так, аналитик Даниил Монин считает, что кардинальная налоговая реформа наподобие «10-10-10» является единственно правильным решением в текущей ситуации.

— Да, нам могут помочь иностранцы восстановить гражданскую инфраструктуру, но для того, чтобы восстановить бизнес-активность и вернуть людей, нужны радикальнейшие преобразования в экономической политике, — отметил Монин в беседе с KP.UA. – Тогда мы можем рассчитывать на множество частных инвестиций в экономику, и это будет способствовать восстановлению рабочих мест и возвращению наших сограждан домой. Украинцам нужно дать свободу творить и вести бизнес, а не контролировать каждую копейку. Поэтому «10-10-10» как раз в тему.

По мнению аналитика компании «Центр биржевых технологий» Максима Орыщака, налоговая реформа Украине нужна не только после завершения войны, но и после того, как будут введены строгие меры наказания за коррупцию на всех уровнях государственного управления.

Во-первых, это действительно будет стимулировать возвращение населения и бизнеса в страну, считает эксперт.

Во-вторых, налоговая реформа позволит стимулировать бизнес-активность оставшихся в Украине предприятий. Многие предприниматели хотят остаться в Украине, поскольку чувствуют себя комфортнее на своей территории, со своими правилами, людьми, менталитетом, языком.

В-третьих, налоговые реформы позволят сделать более прозрачной систему отчетности. Максим Орыщак напоминает, что в Украине есть две группы налогов – общегосударственные и местные. И совокупно, согласно рейтингу Doing Business, средняя налоговая нагрузка на бизнес в Украине составляет порядка 45,2%. То есть почти половину прибыли украинская компания должна заплатить в государственную казну.

— В целом, налоговая система, и ее неработающие составляющие очень сильно привязаны к высокому уровню коррупции в Украине, — считает Орыщак. — В 2022 году в Индексе восприятия коррупции от Transparency International Украина заняла 116-е место из 180 возможных. Поэтому первое, что нужно сделать после завершения войны, — это изменить систему наказания за коррупционные схемы. И только после этого можно будет говорить о налоговых реформах, которые поддержат украинскую экономику в долгосрочной перспективе.

В то же время президент Украинского аналитического центра Александр Охрименко без всяких «экивоков» называет «10-10-10» аферой.

— Единственное, что может создать такая реформа – это большие проблемы для украинской экономики, а цель ее авторов – пустой пиар, — считает Охрименко. – Далекие от экономики люди с потолка взяли красивые цифры и предложили не просто глупость, а глупость в квадрате. Самый очевидный вопрос: почему 10%, а не 5 или 12? Где экономические обоснования? Уверен, что никакой реформы в итоге не будет, потому что МВФ не разрешит, да и Европа будет против.

Говоря о зарплатных цифрах, приведенных президентом, Александр Охрименко отмечает, что это замкнутый круг.

— В Польше высокие не только зарплаты, но и налоги, и цены, — говорит Охрименко. – Хотим зарплату «как в ЕС», значит, нужно быть готовыми и к налогам, и к ценам «как в ЕС», по-другому не будет. Только очень наивные люди могут верить в то, что с ростом зарплат цены останутся прежними или, тем более, будут падать. Все просто: чтобы поднять зарплату сотрудникам, бизнесу нужны деньги. А эти деньги он может получить только за счет роста цен на свои товары.

Безопасность и жизнь по правилам

Интересно, что сами украинцы, которые сегодня живут в Европе, признаются: есть много вещей, которые для них оказались важнее, чем деньги.

Во-первых, это безопасность. Украинцы в Европе постепенно привыкли не только к жизни без обстрелов и воздушных тревог, но и к тому, что дети могут гулять одни во дворе, и к тому, что вечером абсолютно безопасно выйти на улицу, и ко многому другому. Знакомая случайно оставила один из пакетов с покупками возле скамейки в торговом центре Тарту. Опомнилась через несколько часов и поехала обратно без особой надежды. Каково же было ее изумление, когда она увидела свой пакет в целости и сохранности на том же месте, где она его оставила.

Во-вторых, жизнь по правилам. Сюда можно отнести очень многие бытовые вопросы – от уборки придомовой территории обслуживающими компаниями до соблюдения ПДД как водителями, так и пешеходами. Работа общественного транспорта вообще не перестает восхищать. Если автобус должен прийти в 14.03, он приходит именно в 14.03, а не в 14.10 или вообще не приезжает. (Правда, во многих европейских странах междугородний и международный транспорт вообще может не следовать расписанию – но к этому тоже привыкаешь. — Ред.) И очень важна уверенность общества в том, что человек, который нарушил правила, понесет за это ответственность.

В-третьих, сведение коррупции на местах к минимуму. Трудно представить, чтобы на прием к врачу или чиновнику здесь приходили с бутылкой или, тем более, конвертом.

В-четвертых, толерантность. В большинстве своем в Европе уважают чужое мнение не на словах, а на деле, не осуждают за другую позицию или «не такую» внешность, не навешивают ярлыки и не лезут с непрошенными советами. Приятельница рассказывала об уроке в польском детском саду, куда ходит ее сын. На уроке обсуждали, как помочь пожилому человеку или инвалиду перейти дорогу, особо оговаривая необходимое условие: если он тебя об этом попросит.

В то же время мой друг, вернувшийся в Киев после 14 месяцев пребывания в Польше, отмечает, что сегодня нетолерантность в украинском обществе зашкаливает, а взаимное обесценивание вышло на какой-то «межгалактический» уровень. Все осуждают всех: уехал за границу – халявщик, не уехал – лузер, вернулся – неудачник.

И, наконец, социальное благополучие общества в целом, совсем другое отношения к детям, подросткам, студентам. Даже в детском саду отношения между малышами и воспитателями строятся максимально на равных, многие дети считают воспитателей своими лучшими друзьями.

Немаловажен и финансовый вопрос. В Украине и один ребенок является серьезной нагрузкой на семейный бюджет, а трое и больше детей превращают небогатую семью в очень бедную. В большинстве стран ЕС все наоборот. Украинцы, которые после начала войны переехали в Европу с детьми, смогли на собственном опыте убедиться: здесь детских пособий с лихвой хватает на жизнь, особенно, если в семье несколько детей.

Не налогами едиными…

Ситуация с «возвращенческими» настроениями украинцев действительно не слишком оптимистичная. По данным Национального банка Польши, каждый пятый украинский беженец хочет остаться в стране навсегда.

Еще полтора года назад украинцы, в основном, выбирали Польшу для сезонных работ и других временных заработков, но война все изменила. Если раньше две трети украинских заробитчан составляли мужчины, которые зарабатывали для более-менее безбедной жизни в Украине и планировали вернуться, то сейчас ситуация иная. Три четверти украинских беженцев составляют женщины с детьми, которые работают, учат язык и адаптируются. И после окончания войны ко многим из них поедут мужья.

Это может стать действительно серьезной демографической и, как следствие, экономической катастрофой, ведь за границей останутся молодые и трудоспособные украинцы, да еще и с детьми. Всего через несколько лет эти дети сами выйдут на рынок труда, но, увы, не украинский. Поэтому правительству нужно думать уже сейчас, как они смогут стимулировать сограждан возвращаться домой.

К сожалению, прогнозируют экономисты, чем дольше продолжается война, тем больше людей адаптируются к жизни за границей и не вернутся в Украину. Не исключен и такой вариант: родители вернутся домой, а подросшие дети старшего школьного и студенческого возраста останутся в Европе. Еще до войны опросы показывали, что 7 из 10 украинцев хотят, чтобы их дети и внуки учились за границей, так что сегодня они вряд ли упустят такую возможность.

По мнению экспертов, стимулировать возращение украинцев домой будут быстрое послевоенное восстановление пострадавших регионов, предоставление финансовой помощи людям из этих регионов на покупку жилья, а также помощь в поиске работы или, в случае необходимости, в переквалификации.

Кроме того, необходимы договоренности с Европой по этому вопросу. Прежде всего, Европу нужно убедить способствовать возвращению украинцев домой, ведь трудовые ресурсы и налоги работающих граждан – это немаловажный вид помощи Украине. В то же время рынок труда ЕС для украинцев должен быть открыт. Если люди будут знать, что после возвращения в Украину они в теории не теряют возможность снова поехать в Европу на заработки, то не будут держаться за свои ВНЖ и окажутся более склонными вернуться домой.​