«Бархатная революция» в Чехословакии 30 лет назад начиналась по сценарию Евромайдана

«Бархатная революция» в Чехословакии 30 лет назад начиналась по сценарию Евромайдана

После падения Берлинской стены на востоке Европы возник «эффект домино». Коммунистические режимы-сателлиты СССР начали рушиться один за одним.

Сначала от власти коммунистов практически избавились Польша, Венгрия и ГДР. А 17 ноября 1989 года в столице Чехословакии Праге началась бескровная «бархатная революция», которая завершилась демонтажом однопартийной системы. После нее страна кардинально поменяла свой внешнеполитический курс. Революция закончилась через месяц — 29 декабря, избранием диссидента Вацлава Гавела президентом страны.

Советское руководство во главе с Михаилом Горбачевым отказалось от силового вмешательства в ситуацию. В результате 42-летняя власть коммунистов в ЧССР рухнула. 17 ноября в Чехии отмечают как День борьбы за свободу и демократию.

«Мы безоружны!»

17 ноября 1989 года в Праге началась студенческая акция, посвященная памяти жертв нацистских репрессий 1939-го года. А дальше все происходило почти так, как в Украине спустя 25 лет, перед началом Евромайдана. 

Чешский полицейский спецназ блокировал студентов на Народном проспекте в центре Праги и начал вытеснять в боковые улицы. Студенты встречали теснивших их полицейских лозунгом «Мы безоружны!» (Máme holé ruce!). Но молодых людей нещадно избивали дубинками и ногами, в результате чего пострадало от 500 до 600 человек.

Их остановили полицейские, и сурово избивали. Это был конец коммунистического режима. У нас сказали: «когда они бьют наших детей, он не должны существовать», — позже вспоминал непосредственный участник этих событий и экс-посол Чехии в Украине Ярослав Башта.

Сейчас на месте этого разгона на Народном проспекте установлена памятная доска студентам, пострадавшим при демонстрации 1989 года. Она оформлена в виде бронзовой ладони с пальцами, поднятыми в виде буквы V с датой «17.11.1989». Каждый год в этот день люди приносят сюда цветы и оставляют возле памятника зажженные свечки.

После разгона студенческой акции пронесся слух о гибели одного из студентов — Мартина Шмида. Позже, эта информация не подтвердилась, но протестные движение начало разрастаться как снежный ком.

«Никогда больше не пойдем налево!»

На следующий день после разгона студенты Праги объявили о забастовке, которую сразу же поддержали практически все высшие учебные заведения страны. Одновременно в центре столицы и в других городах начались массовые демонстрации. К акциям студентов присоединились представители интеллигенции, а впоследствии и коллективы многих предприятий страны.

23 ноября рабочие Пражского машиностроительного завода освистали одного из руководителей компартии Чехословакии Мирослава Штепана, приехавшего к ним за поддержкой. А 25 ноября в Праге на митинг уже собралось более 750 тысяч человек! Символом протестующих стал связка ключей, которыми они звенели, давая понять, что власть коммунистов «отзвенела» (чеш. — odzvonilo).

Когда огромная колонна демонстрантов двигалась по центру Праги, путь ей преградил одинокий полицейский офицер, который размахивал руками и, кричал: «Налево! Сворачивайте налево!» На что демонстранты хором ответили «никогда больше не пойдем налево!», подразумевая коммунистическую идеологию.

«Большую кровь» предотвратил начальник Генштаба

В конце концов коммунистический режим бескровно пал, а лидер оппозиционного Гражданского форума, драматург-диссидент Вацлав Гавел был избран президентом Чехословакии. Хотя, часть консервативного крыла компартии ЧССР всерьез рассматривала вариант силового подавления протеста.

Секретарь Пражского горкома компартии Мирослав Штепан и министр обороны генерал Милан Вацлавик убеждали своих однопартийцев в необходимости самых жестких мер в отношении протестующих. Но начальник генерального штаба генерал Мирослав Вацек выступил категорически против и однозначно дал понять, что армия не позволит применить оружие против демонстрантов.  

«Силовое крыло» проиграло еще и потому, что речь действительно шла о массовом протесте. В нем участвовала не только интеллигенция, но и рабочие и крестьяне, создавшие свои забастовочные комитеты по всей стране. Их поддерживали и в Пльзене на западе Чехии, и в Кошице на востоке Словакии. Кроме этого, чехи еще очень хорошо помнили события «Пражской весны» 1968 года, которые чешские и советские власти подавили силы.

За Бархатной революцией мог стоять Горбачев и КГБ

Несмотря на массовость протестного движения в ноябре-декабре 1989 года, позже появились разные конспирологические версии событий в Чехословакии. 

Якобы сама революция была грандиозной провокацией, придуманной прогорбачевской фракцией в руководстве компартии ЧССР, местными и советскими спецслужбами для того, чтобы заменить тогдашнее консервативное руководство на более лояльное реформистской Москве.

Чешские и российские архивные материалы подтверждают, что в Москве в 1989 году действительно были озабочены фактическим неприятием «перестройки» президентом ЧССР Густавом Гусаком и лидером КПЧ Милошем Якешем. Поэтому СССР устроило бы их смещение. 

«События 17 ноября 1989 года использовали в своих интересах несколько высокопоставленных членов партии, для того чтобы в сотрудничестве с госбезопасностью и советуясь с советским КГБ свергнуть партийное руководство. Это были прежде всего генерал Алоиз Лоренц (глава спецслужбы Чехословакии (StB) и Рудольф Хегенбарт (глава отдела государственного аппарата ЦК КПЧ). Но они не удержали события под контролем. Жажда власти открыла путь к государственному перевороту», — рассказал в своем интервью пражскому журналу «Рефлекс» бывший первый секретарь ЦК КПЧ (1987-1989) Милош Якеш.

Но события в Восточной Европе летом и осенью 1989 года развивались столь стремительно, что даже если в Москве и Праге кто-то и решил сыграть в такую комбинацию, то люди на площадях полностью ее сломали. Чешские и советские коммунисты просто «переиграли» сами себя.

Не все историки придерживаются этой теории.

«Ход тех событий не вписывается в представления о каком-то готовившемся дворцовом перевороте. Революций не бывает без массового подъема, без «улицы». Сотни тысяч, а в сумме за недели революции – миллионы людей на площадях. Можно сказать, что на востоке Европы тогда возник «эффект домино»: стоило пасть одному режиму, как зашатались и остальные», — поясняет чешский историк, научный сотрудник Института современной истории Академии наук ЧР Павел Мюкке.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Крупнейшие протесты в Чехии устроили студенты: «Самому молодому из нас лет 17»

Кто эти парни, сумевшие собрать в Чехии крупнейшую за последние 30 лет акцию неповиновения.