Книги, щетка, спортивный костюм: Дубневич собрал сумку в СИЗО

Книги, щетка, спортивный костюм: Дубневич собрал сумку в СИЗО

Ярослав Дубневич, арестовать которого разрешила Верховная Рада, собрал вещи. Об этом депутат заявил в кулуарах парламента, передает корреспондент «КП» в Украине».

— Сумку собрал, не в СИЗО, а  ИВС (изолятор временного содержания, — Авт.). Что я туда взял? Две книжки, полотенце, мыло, зубную щетку, что там еще… Спортивный костюм, шапку. Книжки? Я взял, значит, Василя Шкляра, этот… «Характерник» и Люко Дашвар тоже, очень люблю ее произведения. Мне очень нравится, кстати, трилогия Драйзера «Финансист. Титан. Стоик». Зе бэст, — с удовольствием перечислил Дубневич.

Также он сообщил, что ему уже вручили подозрение – не в зале парламента, но и «не в туалете».

— Мне вручили подозрение, завтра будет назначен суд, и я пойду вместе со своим адвокатом. Мне инкриминируют 191 статью за убытки. Я это расцениваю как политическое шоу, чтобы показать, как они борются с коррупционерами… Если так пойдет дальше то, скоро мы увидим в парламенте фракции НАБУ, МВД и так далее… Вы можете посмотреть, что почти все торги «Укрзалызницы» были открытыми и конкурентно способными. Мы возвращаемся к сталинизму-ленинизму, когда была статья за спекуляции при Горбачеве в 89 году. НАБУ, когда что-то закупает, тоже может быть привлечено к этой статье, — пожаловался парламентарий.

Верховная Рада утром 31 октября проголосовала за снятие неприкосновенности, задержание и арест депутата от группы «За будущее» Ярослава Дубневича. Прокуратура подозревает его в том, что он, будучи главой комитета по вопросам транспорта в парламенте прошлого созыва, назначил двух заместителей-глав компаний, которые занимались стрелочными переходами на железной дороге. В результате этого «Укрзалізниця» понесла убытки в размере 93 миллионов гривен.

Ярославу Дубневичу 50 лет. В парламенте восьмого созыва он был в БПП. В Верховную Раду девятого созыва прошел по округу №120 Львовской области как самовыдвиженец.

Дубневич стал первым депутатом Рады 9 созыва, с которого сняли неприкосновенность.